Софья Мельничук. Враги, предатели и подонки могут не рассчитывать, что их планы осуществятся, пора свести с ними счеты за преступления и полностью прекратить контакты — так Северная Корея объяснила намерение порвать с южным соседом. Весь мир снова обратил внимание на Корейский полуостров. За что Пхеньян разозлился на Сеул, разбиралось Mpravda.com.
Звонки без ответа
Оператор пункта связи в Доме мира на границе двух Корей следит за экраном и двумя трубками. Зеленая — исходящие звонки, красная — входящие. В назначенное время — тишина: угроза Пхеньяна заблокировать линию оказалась не “бумажным тигром”.
“Мы не видим смысла вести переговоры с Южной Кореей. Нам больше нечего обсуждать”, — сообщило Центральное телеграфное агентство страны (ЦТАК). Сеул, по мнению Пхеньяна, привел межкорейские отношения к финальной точке.
“Власти Южной Кореи дорого заплатят, если оставят все как есть”, — заявила Ким Ё Чжон, сестра Ким Чен Ына. В последнее время в мире о ней много говорили. В апреле лидер КНДР пропал на несколько недель и все гадали: а не станет ли сестра преемницей? И к чему это приведет?
Ким Ё Чжон окружена слухами и теориями заговора. Эффектная молодая женщина в большой северокорейской политике — к тому же возглавляла делегацию КНДР на Олимпийских играх в Пхёнчхане. “После этого куча “экспертов” записала ее в голуби мира. Но она способна и на жесткие заявления. Впрочем, пока сестра Кима на преемника не тянет, — считает научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Константин Асмолов. — На это в КНДР традиционно указывают особые титулы. Она их не получала”.
В Южной Корее сомневаются, что северяне полностью обрубили связь. “Коммуникацию между Севером и Югом необходимо поддерживать в соответствии с межкорейскими договоренностями”, — напоминают в Министерстве по делам объединения. Но выйти на контакт с КНДР не получилось — впервые за два года.
Горячая линия появилась в приграничном Пханмунджоме в 1971-м. Позже и в других районах установили переговорные пункты для обсуждения военных, экономических, транспортных и дипломатических вопросов.
Эта нить между Севером и Югом прерывалась семь раз. В марте 2013-го южане не достучались до Пханмунджома после совместных учений с американскими военными, тогда же ООН ввела против Пхеньяна санкции из-за ядерных испытаний. Но северяне молчали недолго. Диалог восстановился перед саммитом председателя КНР Си Цзиньпина и экс-президента США Барака Обамы, которым предстояло обсудить северокорейский вопрос.
В феврале 2016-го связь снова оборвалась. Инициатором выступил Сеул — из-за проведенных КНДР ядерных испытаний.
Однако накануне Олимпиады 2018 года в Пхёнчхане телефон зазвонил — и трубку сняли. Мир, затаив дыхание, следил за переговорами о возможном выступлении совместной команды, но этого так и не произошло.
Вскоре наладилось взаимодействие между лидерами стран: в апреле они провели первый за 11 лет и третий в истории межкорейский саммит. Окончилась так называемая война громкоговорителей — полвека соседи агитировали друг друга на границе, с Юга запускали воздушные шары, с которых разлетались обличительные листовки. Иногда к ним крепили однодолларовые банкноты, чтобы северокорейцы охотнее их подбирали.
Перемирие длилось ровно два года. Несмотря на планы наладить железнодорожное сообщение, избавиться от ядерного оружия и жить по общему времени, страны снова поссорились — из-за воздушных шаров. С их помощью в конце мая перебежчики с Севера разбросали над КНДР сотни тысяч листовок с критикой Пхеньяна.
События на Корейском полуострове часто застают мировую общественность врасплох: вроде все тихо, и вдруг — скандал. Некоторого прогресса удалось достичь после подписания в 2018-м Пханмунджомской декларации, которая в числе прочего запретила распространять листовки. Но в 2020 году северокорейские перебежчики сделали это уже трижды, а в 2019-м — десять раз.
Сотни тысяч листовок не распечатаешь на принтере — значит, нужны ресурсы. К тому же воздушные шары взлетали из пограничных зон, куда попадают только по спецпропускам. “Северяне поднимали этот вопрос, но южане оправдывались: у нас демократия, нельзя просто так запрещать что-то людям, — объясняет Асмолов. — Сейчас заговорили о специальном законе. Но о нем надо было думать при подписании декларации”.
Камень преткновения — не только пропаганда. Южане тщательно проверяют все торговые проекты из-за международных санкций — как бы не ввезти в КНДР товары двойного назначения.
“Пхеньян неоднократно повторял, что нужно реальное сотрудничество, а не джентльменские соглашения и не торжественное мероприятие в честь прошлого торжественного мероприятия. Подвижек в сближении нет. И ответственность не стоит возлагать только на Север”, — замечает Асмолов, добавляя, что разрыв каналов информирования в случае ЧП — безусловное зло.
Не стоит удивляться жесткой реакции Пхеньяна на инциденты с листовками, указывает заведующий отделом Кореи и Монголии Института востоковедения РАН, доцент кафедры востоковедения МГИМО Александр Воронцов. “Говорить о дружбе и допускать такие пропагандистские акции — прямое противоречие. Естественно, доверие северян подорвано”, — говорит он.
Но выводы делать рано. “Все укладывается в общую картину межкорейских отношений: это “бои местного значения”, проверка того, как далеко готова зайти вторая сторона. Ситуация обратимая, с точки зрения военно-политических действий — ничего серьезного. Главное — не допустить эскалации конфликта”, — подчеркивает эксперт.
Последние десять лет контакты между Южной и Северной Кореей регулярно прерывались и восстанавливались. В КНДР надеялись, что добрососедские отношения с Югом избавят страну от экономических ограничений. Ким Чен Ын терпеливо ждал, но в начале этого года объявил, что на послабления уже не рассчитывает. Возможно, теперь он поднимет ставки и в политической игре.
