Коронавирус на 20% сократил зарплатные аппетиты россиян, создав на рынке труда эффект, сравнимый с эффектом «матового стекла» в легких тяжело больного COVID-19. В среднем, после снятия карантинных ограничений люди хотели бы получать по 74 тысячи рублей на руки в месяц. В январе, за полтора-два месяца до наступления эпидемии, опрошенные желали 92 тысячи. Разница в двух цифрах лишь в малой степени отражает ситуацию, связанную с последними переменами в настроениях работников. У проблемы потенциально иной масштаб: если кризис затянется, работодатели будут и дальше урезать расходы на персонал. А значит, статистику по зарплатным ожиданиям придется пересматривать, и вновь – в сторону уменьшения.
В июньском исследовании портала «Работа.ру» участвовали 4,9 тысяч человек старше 18 лет из всех регионов страны. Сумма в 100 тысяч устроила бы каждого пятого опрошенного (21%), 27% удовлетворились бы выплатами в диапазоне от 30 тысяч до 50 тысяч, а 29% – от 50 тысяч до 70 тысяч рублей. О том, что свободных вакансий становится все меньше, заявили 73% респондентов. С этими цифрами плотно стыкуется информация от банка «Точка»: в апреле-мае компании малого и среднего предпринимательства в сфере культуры, спорта, организации досуга и развлечений сократили расходы на фонд оплаты труда сразу на 63% по отношению к мартовскому показателю.
Еще в начале апреля, утверждает Центр стратегических разработок, 49% предприятий перевели сотрудников на неполный рабочий день с урезанием заработной платы. Более 20% сократили зарплаты, оставив прежний объем выполняемых обязанностей; еще 20% отправили персонал на «удаленку», опять-таки обделив в зарплате; 16% начали увольнения и почти 30% заставили людей взять отпуск за свой счет.
Понятно, что россиянам абсолютно не до жиру: главное для них – сохранить доходы хоть в каком-то виде, пусть и в меньшем объеме, говорит директор Института стратегического анализа ФБК Игорь Николаев. Эксперт напоминает, что в декабре 2019 года работники получали всевозможные премии и бонусы, что во многом предопределило их завышенные январские предпочтения по зарплате. Сейчас, когда доходы снизились, существенно скромнее стали и зарплатные требования. То есть, по оценке Николаева, в обоих случаях сработал эффект базы. Очевидно также, что пока на российском рынке труда и в общемировой ситуации с пандемией (ударит ли вторая волна? появится ли вакцина?) будет сохраняться неопределенность, компании не откажутся от практики жесткой экономии на персонале. Вряд ли что-то изменится в этом отношении до конца года.
О возвращении на траекторию роста заработков можно будет говорить лишь при устойчивой тенденции снижения абсолютных и относительных показателей вируса, рассуждает эксперт по фондовому рынку «БКС Брокер» Михаил Зельцер. По его словам, у рынка труда есть шанс стабилизироваться в 2021 году, но – лишь при ускоренном восстановлении производственной сферы уже в третьем квартале 2020-го. Снижение зарплатных требований объяснило и закономерно: люди вполне адекватно оценивают сложную ситуацию. Социально-экономический кризис обернулся заметным спадом потребительской активности, что вылилось, в первую очередь, в резкое падение спроса на услуги малого и среднего бизнеса. В свою очередь, уровень безработицы лишь за апрель вырос на 1,1 процентных пункта – до 5,8%. По прогнозу Зельцера, даже после снятия большей части ограничений, проблемы с зарплатами и занятостью будут сохраняться в сферах транспорта, общепита, развлечений и досуга, туризма.
На самом деле, кризис ударил в основном по малому и среднему бизнесу. Что касается бюджетников и работников крупных корпораций, то они в плане зарплат не особо и пострадали, считает профессор Финансового университета при правительстве РФ Алексей Зубец.
Тем не менее, подавляющее большинство семей скорректировали свои зарплатные ожидания с учетом сложившихся условий и ради экономии бюджета стали отказываться от покупки дорогостоящих вещей, продуктов и гаджетов, полагает первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал. По его прогнозам, ситуация с сокращением зарплат на фоне пандемии может продлиться еще нескольких месяцев, – все зависит от решений государства по снятию ограничений и темпов восстановления экономики.
