Антон Лисицын. “Борьба резолюций” по Сирии в Совете Безопасности ООН завершилась. Москва и Пекин накладывали вето на проекты западных стран, разрешавшие использовать для гуманитарной помощи неподконтрольные Дамаску погранпереходы, российские же варианты отклоняли большинством голосов. В итоге приняли компромиссный документ. Кто в результате одержал дипломатическую победу, разбиралось Mpravda.com.
Временная мера
Дискуссия началась 8 июля, когда Москва и Пекин ветировали проект, представленный делегациями Германии и Бельгии и предусматривающий поставки гуманитарной помощи через контрольно-пропускные пункты “Баб-эс-Салям” и “Баб-эль-Хава”.
Госсекретарь США Майк Помпео тут же заявил, что Москва и Пекин злоупотребляют правом вето, и обрушился и на официальный Дамаск. “Асад, Россия и Китай лишают сирийцев продовольствия и лекарств, ухудшая и без того ужасную ситуацию на местах”, — негодовал чиновник.
Это не останется без последствий, пригрозил он. “Напрасно Россия и КНР рассчитывают на то, что им все сойдет с рук”, — заключил Помпео.
“Настаивать на одном пропускном пункте цинично, это пренебрежение интересами простых людей”, — вторил ему пожелавший сохранить анонимность дипломат некоей европейской страны в комментарии катарскому телеканалу “Аль-Джазира”.
Со своей стороны полпред Василий Небензя подробно объяснил, почему на Смоленской площади отвергли немецко-бельгийский вариант. Он напомнил, что трансграничная помощь задумывалась как “чрезвычайная временная мера, которую Совет Безопасности одобрил, чтобы оказать гуманитарную поддержку охваченной конфликтом стране”. “Пришло время постепенно сворачивать этот механизм с тем, чтобы заменить его на гумпоставки, которые будут осуществляться в соответствии с принципами, обозначенными в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 46/182”, — указано на сайте представительства России.
Эта резолюция подразумевала, что гуманитарная помощь перейдет под контроль государства. Вполне логично: по мере того как армия восстанавливала власть Дамаска в Арабской Республике, чрезвычайные меры утрачивали актуальность.
Небензя подчеркнул: Россия представила свой проект. В нем механизм гумпомощи сохранялся еще на полгода, поставки — через “Баб-эль-Хава”.
Но 9 июля Совбез отклонил этот документ. На следующий день все повторилось: Пекин и Москва ветировали западный вариант, а российский не получил одобрения на голосовании. Наконец, 12 июля, с пятой попытки, Совбез принял резолюцию о продлении трансграничных поставок через пункт “Баб-эль-Хава” на год.
Закрыть границу для оружия
Беспокойство Москвы, Пекина и Дамаска связано с тем, что через северную границу страны снабжают всем необходимым боевиков, воюющих с правительством.
Рейзан Хеду, курдско-сирийский общественный деятель из Африна, относится скептически к идее поставок через неподконтрольную Дамаску территорию. “На мой взгляд, для некоторых стран вопрос о пересечении границ так важен, потому что они хотят придать легитимность на международном уровне своим вооруженным силам под видом подразделений, обеспечивающих безопасность гумпомощи”, — рассуждает он.
“Я говорю о турецко-сирийской границе, которая с 2011 года открыта для боевиков-террористов, через нее идут оружие и боеприпасы”, — уточняет Хеду. Он считает, что те, кто действительно хочет облегчить положение сирийского народа, должны “убрать всех террористов и закрыть границу для оружия, работать над тем, чтобы вернуть каждого сирийца домой, поддержать внутриполитический диалог”.
В начале июля Mpravda.com сообщало, что беженцы из разных провинций Сирии, находящиеся в лагерях на севере страны, голодают. В беседе с корреспондентом агентства они отметили, что боевики оппозиции отрезали их от источников питьевой воды, не пропускают гуманитарную помощь. Поступающее продовольствие вооруженные люди распродают втридорога.
“Действительно, миллионы сирийцев очень нуждаются, — говорит журналист-международник Аббас Джума. — И Москва как никто заинтересована в том, чтобы помочь остановить войну. Ведь Россия борется не с дымом, но с огнем. А как прекратить войну, если боевиков обеспечивают оружием и деньгами?”
По его словам, оппозицию снабжают именно через погранпереходы, на закрытии которых настаивает Москва. “Функционирование неподконтрольных Дамаску пунктов поддерживают силы, не заинтересованные в стабилизации ситуации в Сирии”, — уверен Джума.
“Россия намерена затушить пожар войны на Ближнем Востоке, — повторяет он. — Поэтому важно лишить базы тех, кто обостряет конфликт”.
Два аргумента
Российский востоковед Константин Труевцев объясняет, что речь идет о гуманитарных коридорах в зоне боевых действий. “Если есть желание помочь Сирии, можно делать это напрямую, значительная часть границы уже контролируется государством, а не террористами и военными других стран. Возникает вопрос: кого поддерживают — население или какие-то вооруженные группы?” — отмечает он.
Нередко боевики перехватывали гуманитарный груз и раздавали своим или продавали местным втридорога, добавляет Труевцев. “Западные коллеги твердят, что режим в Сирии коррумпирован, Дамаску нельзя доверять. Никто не отрицает, что злоупотребления везде могут быть, но в целом, когда помощь распределяется через государственные каналы, в присутствии нашей военной полиции, прозрачность выше. Прозрачность высока и в районе совместного российско-турецкого патрулирования. О чем можно говорить с так называемой оппозицией, когда там несколько группировок дерутся за то, кто займется мародерством?” — задается вопросом востоковед.
Заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований факультета мировой экономики и мировой политики НИУ-ВШЭ Дмитрий Суслов напоминает, что “сирийская война началась и велась при поддержке из-за рубежа, которая могла носить только трансграничный характер”. “У России два главных аргумента. Политический — гумпомощь без контроля Дамаска подрывает легитимность сирийского правительства. Многие западные страны не признают Асада, хотя он вернул контроль над 90 процентами территории страны. Но Москва заинтересована в том, чтобы с ним работали”.
Через эти коридоры идут грузы для боевиков, особенно в провинции Идлиб, там действует группировка "Хайят Тахрир аш-Шам"*, продолжает эксперт. Второй, прагматический аргумент, заключается в том, что Россия хотела бы все это прекратить.
Пятый проект резолюции, по словам эксперта, — компромисс “со значительной долей позиции России и Китая”. Москва и Пекин победили в главном: остался один переход, а не два. Однако в документе нет взаимодействия с Дамаском, не сняли односторонние санкции с Сирии. В целом Совбез реализовал наиболее реалистичный вариант для всех сторон.
*Организация признана террористической и запрещена в России постановлением Верховного суда Российской Федерации.
