Должно ли государство помогать людям и компаниям в кризисную годину? Вопрос можно считать риторическим: на дворе XXI век, и любое государство, богатое или бедное, в условиях кризиса какую-то помощь оказывает. Но очень неодинаковую. Триллионный пакет помощи гражданам и бизнесу, принятый в США, заставил говорить об “американском коммунизме”- не работать, говорят, американцам стало даже выгодно. Мы разбирались в объективности этого тезиса.
Американская экономика, как известно, первая в мире. Соответственно, Конгресс США принял увесистый пакет помощи гражданам и малому бизнесу – на $2 трлн. Очевидно, вслед за ним будет принят еще один пакет на такую же или даже более внушительную сумму (контролируемая демократами Палата представителей уже проголосовала за $3 трлн помощи, а находящийся под контролем республиканцев Сенат склоняется к меньшим размерам второго пакета).
Глядя на эти триллионы, многие россияне, да и немало жителей США считают, что в Америке благодаря пандемии COVID-19 наступило что-то вроде «коммунистического рая»: можно не работать и грести лопатой денежки от федерального правительства и властей своего штата. Боюсь, что «кризисное благосостояние» американцев сильно преувеличено.
Давайте разберемся, на что конкретно может рассчитывать условный «оклахомский налогоплательщик»?
В рамках первого пакета каждый американец с годовым доходом до $75 000 получил единовременное пособие в размере $1200, супружеская пара с доходом до $150 000 – $2400, на каждого ребенка было дополнительно выплачено по $500. Тем, чьи доходы превышают вышеназванные лимиты, были выплачены сокращенные пособия. Ничего не получили те, чей годовой доход превышает $99 000 на одного человека или $198 000 на супружескую пару.
Эти выплаты не зависят от того, работает человек или нет: их получили все лица, легально проживающие в США, с гражданством или без. Нелегальные иммигранты (а их в США насчитывается 11-12 млн человек) остались за бортом этих выплат.
Другая часть первого пакета помощи, принятого по горячим следам объявления чрезвычайной ситуации и закрытия колоссального количества фирм и предприятий, – федеральное пособие по безработице. Оно было введено в действие в конце марта и выплачивается людям, потерявшим работу, до конца июля 2020-го в размере $600 в неделю.
Эта сумма не заменяет, а дополняет пособие по безработице, которое человек получает от своего штата. В разных штатах размеры пособий по безработице значительно рознятся: в штате Вашингтон (не путать с одноименным городом – столицей США), например, еженедельное пособие без всяких кризисных доплат составляет $790 в неделю, а в штате Миссисипи – $235. Поэтому безработный житель города Сиэттла, получая федеральную доплату в $600, имеет в сумме $1390 в неделю (это уже похоже на мало-мальски приемлемую зарплату), а житель города Джексона – $835 в неделю (это тоже похоже на зарплату, но низкую).
Обычный срок действия пособий по безработице – до 26 недель, сейчас к этому добавлены еще 13 недель. Впервые пособия по безработице выплачиваются самозанятым работникам, независимым подрядчикам и парт-таймерам (тем, кто работал неполную рабочую неделю).
Для малого бизнеса предусмотрены государственные целевые займы для сохранения штата работников. Если компания не увольняет людей, первые восемь недель заем превращается в невозвратный грант, а на выплату оставшейся суммы можно получить отсрочку от полугода до года. Малый бизнес может, помимо этого, сразу быстро получить $10 000 в виде единовременного пособия, которое не надо возвращать. Далее, малый бизнес может получить полное прощение своих прошлых долгов – кредитов, взятых до коронавирусной эпидемии.
Все это хорошо, но бывает лучше. Журнал Foreign Policy сравнивает реакцию на кризис американского государства и властей других стран, в частности, европейских. Сравнение не в пользу США – об этом говорит в первую очередь статистика рынка труда: если в Германии уровень безработицы в апреле этого года составлял 5,8%, то в США – 14,7%. Ожидается, что в мае американский показатель подскочит до 20% и выше, а немецкий – разве что до 6%.
Большинство американских экспертов считает: то, что сегодня происходит на рынке труда США – катастрофа, приближающаяся по масштабам к Великой депрессии. Число безработных американцев перевалило за 36 млн. И это – главная причина поспешной, без оглядки на риск усиления эпидемии, отмены ограничительных мер во многих штатах. Трамп боится, что недовольство народа экономической ситуацией подорвет его шансы на переизбрание в ноябре. В тех штатах, где правят его сторонники (Флорида, Джорджия, Техас), сейчас власти открывают всё подряд, а во сколько человеческих жизней это обойдется – вопрос остается открытым.
Европа действует гораздо осторожнее, чем Америка, в плане ослабления ограничений, введенных на период пандемии. Ни в ФРГ, ни в какой-либо другой стране нет такого разнобоя, как в США, в плане эпидемиологических норм и правил. Зато есть куда более жесткое принуждение к их соблюдению.
Что касается материальной поддержки населения в условиях кризиса, европейцы применяют другую модель, чем США. Эту систему изобрели немцы, а потом позаимствовал и ряд других стран. Называется она Kurzarbeit – «укороченная работа». Государство призывает работодателей не увольнять сотрудников, а лишь сокращать их рабочий день; при этом государство доплачивает наемным работникам до 80–90% их зарплаты. Люди сохраняют свои рабочие места и возвращаются к полной занятости по мере выхода из пандемии. В Германии, сообщает CNN, по программе Kurzarbeit трудится примерно каждый четвертый работающий житель страны, во Франции и Италии – каждый третий. Программы такого рода широко применяются в Нидерландах, Великобритании, Дании и других странах.
Эта система показала свою эффективность в прошлом. В результате кризиса 2008 – 2009 годов занятость в ФРГ сократилась всего лишь на 1%, хотя ВВП страны уменьшился на 7%. В тот же период в США экономика просела на 4%, а занятость упала на 5,4%. Как говорится, почувствуйте разницу.
По мнению нобелевского лауреата, профессора экономики Колумбийского университета Джозефа Стиглица, администрация США осуществляет для поддержки населения «провальную программу», и «деньги не идут туда, где они больше всего нужны». И Стиглиц, и многие другие американские экономисты считают, что европейская система прямых субсидий компаниям на выплату зарплат с целью сохранения рабочих мест более эффективна, чем американские пособия по безработице.
Что касается мер поддержки малого бизнеса, то, по оценке Goldman Sachs, лишь 29% малых и средних компаний, обратившихся за льготными кредитами, их получили. Зато, как сообщает Associated Press, «кризисные блага» достались тем, для кого они не были предназначены, – 94 крупным компаниям, которые представлены на бирже и имеют оборот в сотни миллионов долларов.
В конечном итоге, отмечает Foreign Policy, суть проблемы сводится к мировоззренческим различиям между Европой и Америкой. Американцы традиционно полагаются на свободу рынка, который «сам себя отрегулирует», а государство они считают «почти всегда проблемой и почти никогда – решением», как говорит нобелевский лауреат из Нью-Йоркского университета Пол Ромер. В результате государство в США превратилось в организационно и финансово слабый организм, что особенно опасно в кризисной ситуации.
Есть еще один неблагоприятный для американцев фактор. Если в других развитых странах все население охвачено государственным медицинским страхованием, то в США медстраховка привязана к работе (исключения – государственные медстраховские системы для пенсионеров, инвалидов, неимущих и ветеранов вооруженных сил). В 2019 году более 27 млн американцев были лишены медицинской страховки и тем самым – доступа к дорогостоящему лечению. С приходом коронавируса и массовой потерей рабочих мест, численность людей, не имеющих страховки, увеличилась еще на несколько миллионов.
Конечно, нет в мире совершенства, и Европа от него далека. Европейцы верят государству и более охотно отдают ему налоги, чем американцы. Но в Европе есть благополучные северные и неблагополучные южные страны – примерно как штаты в США. Богатые северяне хорошо помогают своим гражданам, но не спешат выделять миллиарды евро на помощь бедным южанам. И тотального «коммунистического» равенства нет ни между странами, ни внутри каждой страны. Как не было его у нас в Советском Союзе – хотя нам обещали, что «нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме».
